• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Как писать историю русского города XVII в.? Пример Ярославля

31 мая состоялся очередной семинар из серии «Дискуссионное средневековье». С докладом о том, как писать историю Ярославля, выступил Дмитрий Полознев. Публикуем репортаж Марии Зенковой

31 мая 2022 года в серии семинаров «Дискуссионное средневековье» Лаборатории медиевистических исследований состоялся воркшоп «Как писать историю русского города XVII в.? Пример Ярославля». С докладом «Как писать историю Ярославля в XVII в.?» выступил к.и.н. Дмитрий Федорович Полознев, с презентацией можно ознакомиться по ссылке.
Серия семинаров, воркшопов и коллоквиумов «Дискуссионное средневековье» проходит с 2012 г. На обсуждение выносятся не только важные, но и спорные вопросы истории русского, западно-, центрально- и восточноевропейского средневековья. Репортажи, записи встреч и материалы семинаров можно найти на сайте.
Встреча 31 мая продолжила логику поставленного 2 марта вопроса о том, позволяют ли доступные источники и состояние исследований идентифицировать в приходской жизни, в социальных, политических, юридических, идеологических, ментальных практиках Московской Руси XVII в. реальность, которая соответствовала бы понятию «социальная дисциплинаризация», которая, в свою очередь, была очень важным измерением эволюции западных обществ на заре Нового времени (в целом, с осени 2021 года эта тема является центральной для семинаров). Во время воркшопов 22 октября 2021 г. (репортаж и материалы; запись на YouTube канале Лаборатории) и 10 декабря 2021 г. речь шла об опыте Франции и Польши в том, что касается социальной дисциплинаризации в контексте конфессионализации (репортаж А.С. Ахметшиной доступен здесь, а запись воркшопа опубликована на YouTube канале Лаборатории). 2 марта 2022 года предметом стал вопрос: «Происходила ли социальная дисциплинаризация в церковных приходах Московской Руси в XVII в.? », и Ярославль XVII в. стал «экспериментальной лабораторией» (репортаж Ивана Непряхина, а также тексты выступлений опубликованы здесь; опубликована и видеозапись семинара).

Доклады и их обсуждение показали, что социальная дисциплинаризация в Ярославских землях, как кажется, не происходила, и это подтверждает гипотезу о различиях в эволюции западных обществ и Московской Руси в раннее новое время. Оставив на время в стороне тему социальной дисциплинаризации, организаторы «Дискуссионного средневековья» поставили смежный и более общий вопрос: что общего и что особенного есть в истории русского города XVII в. в сопоставлении с опытом городов «латинского» мира.
На повестку была вынесена проблема «отсталости» городов не только Руси, но и Центральной и Центрально-Восточной Европы в сравнении с Западной Европой в XVII в. Импульсом к дискуссионному семинару стали комментарии М.В. Дмитриева об историографии, посвященной городам на польских и украинско-белорусских территориях в XVII в.

Вопросами общей «повестки дня» 31 мая стали:
- Русский город XVII в. – под пятой государства?
- Приходы общин самоуправления в русском городе XVII в.
- Локальное, областное, общерусское самосознание в русском городе XVII в.
- Русский город XVII в. по сравнению с городами Центральной и Западной Европы.

Дмитрий Федорович Полознев в своём докладе поставил акцент на ряде методологических вопросов, с которыми сталкивается исследователь при работе над историей Ярославля в XVII в.
Он отметил, что Ярославль принято считать эталонным русским городом. Однако Дмитрий Федорович ставит «эталонность» в кавычки, имея в виду, что здесь представлен очень широкий спектр явлений жизни русского средневекового города. Описывая Ярославль, исследователи дают модель аналогичных процессов в других городах, и в этом смысле проявляется «эталонность» Ярославля. Но вместе с этим исследователь отмечает ряд уникальных явлений, которые не прослеживаются в других городах.
Д.Ф. Полознев при составлении истории Ярославля выделяет несколько исследовательских проблем. Первая из них - хранение основного корпуса источников по истории Ярославля XVII в. в центральных хранилищах (РГБ, РГАДА, РНБ, ГИМ); большая часть этих источников до сих пор не опубликована.
Другая проблема заключается в отсутствии (или ограниченности) традиционного исторического нарратива, и, вместе с тем, - в богатстве неповествовательных источников (актовые материалы, храмовая архитектура, иконопись). Так, вторая половина XVII в. в истории Ярославля сводится к перечислению построенных храмов, событийный ряд либо вовсе отсутствует, либо выражен менее ярко. Именно это является специфичной чертой ярославской истории, требующей иного подхода к составлению истории города.

Для того чтобы написать историю города, Дмитрий Федорович выделяет следующие основные блоки:
1. Общие характеристики города;
2. Географическое положение;
3. Городское управление;
4. Территория;
5. Население. Для подсчета и определения демографической ситуации в городе необходимо произвести анализ материалов переписей налогообложения и воинского учета. Принято считать, что в конце XVII столетия население Ярославля насчитывало 15-16 тыс. человек, что располагает его на третьем месте среди русских городов после Москвы и Казани. На 1630 г. Д.Ф. Полознев гипотетически вычислил 10 тыс. человек;
6. Высокая социальная динамика. Это особенно подчеркнуто Дмитрием Федоровичей и, по его мнению, является ключевой особенностью Ярославля, проистекающей из широких торговых связей ярославцев со многими странами.
Соответственно, Д.Ф. Полознев задается вопросом, как «сшить» эти важные содержательные блоки и что может быть их связующим звеном. 
Также важнейшим компонентом истории Ярославля, как считает исследователь, является высокий уровень книжной культуры, куда входят посадская литература (а именно около десятка сказаний о чудотворных иконах), высокий уровень грамотности населения (гипотетически - 15-17% населения), существование крупных книжных собраний в приходах.

Нельзя обойти вниманием архитектурные источники при составлении истории города (также ранее уже упоминалось о масштабном строительстве церквей и храмов в Ярославле второй половины XVII в.). Основной тип ярославского архитектурного зодчества можно назвать «архаизирующим». При этом неожиданным прорывом выделяются церковь Дмитрия Солунского, архитектурная форма которой апеллирует к собору Соловецкого монастыря середины XVI в., и церковь Иоанна Предтечи в Толчкове.
Особенностью ярославской иконописи Д.Ф. Полознев считает то, что помимо воспроизведения общепринятых иконографических сюжетов, она придавала большое значение житиям. Так, исследователь обращает внимание на клейма Казанской иконы Божьей Матери (1690 г.), где проиллюстрировано сказание об этой иконе, составленное, вероятно, в 1609-1612 гг. Иконография в этом случае прямо сопоставима с письменным сказанием. Искусствоведы считают, что таким образом проявляется внимание к событиям, нарративам и повествованиям, которые ярославцы хотели донести, а житийная икона становится доступным и понятным инструментом внимания к прошлому и к современности.

Большое значение, конечно, имеет экономика Ярославля XVII в. как предмет анализа. Специализация города на ремесле и торговле произошли, надо полагать, довольно рано, поскольку к началу столетия уже насчитывалось несколько десятков ремесленных специальностей (среди них можно выделить, например, редкую профессию «татаурщика» - ремесленника, который изготавливает ремни для подвески языков колоколов). Соответственно, сама экономическая динамика была весьма высока, из чего проистекает и высокая социальная динамика.
Торговые капиталы первых предпринимателей еще в начале XVII столетия были сосредоточены в руках нескольких семей: Светешниковых, Скрипиных, Лыткиных, каждая из которых оставила свой след в истории города. Например, строительство первых посадских храмов, комплектование крупных книжных собраний.

Беглый обзор заканчивается религиозной составляющей истории Ярославля, куда входят почитание чудотворных икон, каменное строительство церквей, великолепие внутреннего убранства и предметов церковного интерьера. Грандиозная храмовая архитектура выглядит избыточной применительно к укладу приходской жизни города и, наверное, свидетельствует об некой «компенсаторной» функции.
 
Рассматривая высокую динамику жизни города, развитую экономику, культурный «взрыв», иконопись, литературу, Дмитрий Федорович Полознев пришел к выводу, что ввиду занятости торгово-ремесленными делами, требующих постоянного и активного участия и внимания, они ограничивали свое участие в храмовых службах, находя выход в «благочестивом компромиссе»: вкладывая свои сверхдоходы в церковь, они таким способом воздавали благодарение Богу за успехи в мирских делах. Вместе с этим, видимо, не было иных рынков, куда они могли вкладывать свой капитал. Эта черта является характерной и уникальной для Ярославля XVII в.
Ряд поднятых Д.Ф. Полозневым вопросов породил оживлённую дискуссию. Речь шла о том, как именно горожане участвовали в управлении городом, каков был «реальный вес» воеводы и его сотрудников, как в городскую жизнь вписывались нищие и иные маргиналы, была ли репрессивной правовая система (помимо практики «правежа» за неуплату податей и повинностей), были ли не-монастырские тюрьмы, есть ли следы общерусского «гражданского» самосознания среди горожан Ярославля, насколько плотной была система приходов… Но дать обзор прозвучавших суждений, увы, технически невозможно.
 
Репортаж подготовила М. Зенкова.