• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Новости

Михаил Бойцов и Михаил Дмитриев выступили на конференции «Русь / русь конца XV ‒ середины XVIII вв.: у истоков модерных наций на востоке Европы»

Конференция была организована Германским историческом институтом в Москве (Фонд им. Макса Вебера) и Литовским институтом истории

23-24 сентября 2019 г. М.А. Бойцов и М.В. Дмитриев приняли участие в большой международной конференции «Русь / русь конца XV ‒ середины XVIII вв.: у истоков модерных наций на востоке Европы». Конференция была организована Германским историческом институтом в Москве (Фонд им. Макса Вебера) и Литовским институтом истории. Она проходила в необычном формате: на ней встретились авторы будущей коллективной монографии, посвященной рождению наций в Восточной Европе (Украина, Белоруссия, Литва, Россия) и эксперты из тех же стран, а также Германии, Польши и Канады. Как раз в ряду экспертов выступали М.А. Бойцов и М.В. Дмитриев.

Проведенная конференция и подготавливаемая книга венчают проект ГИИМа «Восточные славяне в поисках новых надрегиональных идентичностей (кон. XV – сер. XVIII в.) в контексте зарождения модерных наций в Европе». Руководит этим проектом А.В. Доронин. Предшествующие конференции прошли в Минске (2015 г.), Львове (2016 г.), Москве (2017 г.), Варшаве (2018 г.). Три книги уже изданы, ещё одна подготавливается, а пятая суммирует результаты проделанных исследований. Все эти книги составляют серию  «Post-Древняя Русь: у истоков наций Нового времени». Главная гипотеза проекта (разработанная А.В. Дорониным) состоит в том, что рождение модерных наций в истории Восточной Европы связано с распространением здесь «национальных автохтонных мифологий» (А.В. Доронин), тесно связанных с адаптацией пришедших с Запада представлений о нациях. Соответственно, нации понимаются (в духе известной книги Б. Андерсона, [Anderson B. Imagined Communities. Reflections on the Origin and Spread of Nationalism. Revised edition. London; New York, 1991]) как «воображенные сообщества».

 Среди «автохтонных мифологий» едва ли не центральное место занимают составленные итальянским монахом-доминиканцем  Нанни в конце XV в. подложные сочинения, среди которых были и Antiquitates, приписанные халдейскому жрецу и историку Берозу, упоминаемому в античных источниках. В этом произведении псевдо-Бероз предлагал объяснение генезиса народов Европы как потомков Ноя. Влияние псевдо-Бероза на учёный мир было громадным, и соответствующие представления как раз и  легли в основу «национальных автохтонных мифологий».

Необычность вильнюсской встречи в том, что докладов как таковых не было. Четыре «команды» прислали заранее «силлабусы» будущих разделов книги и изложили главные положения и гипотезы разрабатываемых концепций генезиса национально-исторических представлений в раннее Новое время соответственно в Литве, Белоруссии, Украине и России. Они же вместе с приглашенными экспертами обсуждали шаг за шагом представленные концептуальные наброски, в ходе чего, как легко догадаться, не раз вспыхивали оживленные, компетентные и сугубо дружеские дискуссии.

Самые острые (и – весьма продуктивные!) дебаты вызвали, пожалуй следующие вопросы. В самом ли деле «нациогенез» в раннее Новое время был связан главным образом с распространением этногенетических мифологий, а не иными факторами? Не было ли у наций каких-либо не-идеологических, не-ментальных,  не мифологических, не «воображенных», а онтологических (существовавших в режиме «сами по себе») оснований? Были ли мифологии в духе псевдо-Бероза в самом деле новы и «модерны», а не стары и «средневековы»? Существенна ли граница, которая в данной области отделяла западнохристианские культуры Восточной Европы от византийско-православных? Удается ли в XV – XVIII вв. разделить в генезисе наций на востоке Европы то, что можно считать собственно украинским, белорусским и литовским? Насколько, в чём именно и почему пути становления национального самосознания в Московской Руси (и потом в России) отличались от западных образцов? Как быть с дискурсами «общерусского»  самосознания в культуре восточных славян в XV - XVIII вв.?

Спорных вопросов, конечно, много… Но всё-таки их перечень вовсе не бесконечен. Будем ждать появления книги, в которой плоды «командной» работы и дискуссий будут предложены читающей публике. А после этого, может быть, удастся произвести на свет (такое предложение звучало в Вильнюсе) и ещё одну книгу, которая была бы посвящена именно тому, что спорно и пока не нашло научного решения… У такой книги, наверняка, будут большие шансы разойтись большим тиражом.