• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Новости

Король как сердце и душа народа. Доклад Александра Марея в семинаре "Символическое Средневековье"

26 февраля 2013 года состоялось очередное заседание семинара «Символическое средневековье». «Юридический диптих», начавшийся за три недели перед этим докладом Дмитрия Полдникова, завершился докладом доцента кафедры практической философии факультета философии НИУ ВШЭ Александра Марея «Король как сердце и душа народа символика королевской власти в правовой культуре Кастильского королевства XIII века». Рассказывает студентка второго курса факультета истории Александра Анохина.






Александр Марей. «Король как сердце и душа народа»

26 февраля 2013 года на факультете истории НИУ «ВШЭ» состоялось очередное заседание семинара «Символическое средневековье». Обозначенный ранее «юридический диптих» завершился докладом ведущего научного сотрудника Центра фундаментальной социологии ИГИТИ ВШЭ, доцента кафедры практической философии факультета философии НИУ ВШЭ Александра Марея «Король как сердце и душа народа символика королевской власти в правовой культуре Кастильского королевства XIII века».

Доклад был посвящен образу короля Альфонсо X Мудрого. Конструирование его образа интересно тем, что в отличие от других правителей национальных королевств, прежде всего, Филиппа IV Красивого, силой доказывавших свое превосходство над папством, Альфонсо X отстаивал свою самостоятельность путем создания публичных текстов. В основном докладчик говорил об одном из них – знаменитых «Семи Партидах», созданных в период с 1265 по 1272 год и представляющих собой огромный свод правовых, политических, дидактических и этических норм, – своего рода, энциклопедию.

Во вступительной части докладчик рассказывал о «Второй Партиде», посвященной «нормам государственного и военного права», но не ограничивающейся лишь этими вопросами. На деле «Вторая Патрида» – это трактат о короле, своеобразное «зерцало», повествующее о том, каким он должен быть сам, в общении с семьей, с другими близкими людьми, с магнатами, с народом, с женой, и, vice versa, как жена, магнаты, народ и даже земля королевства, почва, terra должны относиться к королю.

Корпус «Партид» включает в себя также трактат о каноническом праве, по объему содержащегося материала равный своду канонического права; трактат о судебном процессе; трактаты о семье и о семейно-брачном праве, о договорах, о пактах; трактат об уголовном праве, прописанный в мельчайших деталях. Свод написан на национальном языке, как и все правовое наследие Альфосно Х («Уложение об игорных домах», «Зерцало законов», «Королевское фуэро»). Это трактат, по мнению докладчика, о новом мире: Альфонсо Х, как дитя своего времени, того самого «символического Средневековья», был убежден, что слово, сказанное, а тем более написанное, способно не просто изменить мир, но и может сотворить новый мир, абсолютистский, не считающийся с нормами феодальной этики. Эти мечты короля и вызвали враждебную реакцию общества: итогом конфликта стала гражданская война и отстранение Альфонсо от власти.

Свод оказался востребован спустя 250 лет, при Католических королях: «Семь Партид» публикуют, печатают и официально объявляют источником права Кастильского королевства, а затем – и Испанской империи. «Семь Партид» ложатся в основу всей правовой системы Испании вплоть до середины XIX века, до принятия кодексов, а затем становятся базой всей правовой системы латиноамериканских стран, вплоть до, опять-таки, XIX века.

«Семь Патрид» любопытны именно этим новым идеалом королевской власти, запечатленным в тексте. Идеалом, как было отмечено докладчиком, насквозь пронизанным символикой: от символики цвета, камня, одежды – до символики полубогословского права, до метафорики формата «король – тело и душа королевства».

Согласно «Семи Патридам» король предстает перед нами наместником Бога на земле. Альфосно X пишет об этом открыто, и, по мнению А. Марея, именно представление о короле-наместнике стало причиной малочисленности прижизненных изображений Альфонсо X: нет ни одной монеты времени Альфонсо Х с портретом короля, рукописи с изображениями короля можно пересчитать по пальцам (даже в сохранившихся рукописях «Семи Партид» нет ни одного изображения Альфонсо Х), не сохранился его барельеф. В них не было необходимости, ведь образ Царя Небесного находится в каждой церкви.

При этом облик короля подробно (начиная короной и троном, заколачивая сбруей и седлом) описывается во «Второй Партиде». И это не удивительно, ведь, согласно тексту «Второй Патриды», «короли своей одеждой подчеркивают сияние Господа нашего, чье место они занимают на Земле». В качестве еще одного примера подобного «символического» текста докладчик привел наставление Санчо VI своему сыну – «Castigos documentas», в котором не менее подробно описываются корона, символическое значение каждого драгоценного камня в ней, а так же, остающаяся неясной «сфера» (яблоко из золота с крестом наверху). «Яблоко» (то есть держава) никогда не использовались в Кастилии и Леоне: это атрибут императорской власти, а не королевской. Докладчик особо отметил, что в источнике говорится о двух «яблоках» – «в левой руке он держал так же и другую сферу, тоже богатую и прекрасную собой».

Переходя от облика короля к его идеальному образу, символическому королю, докладчик предложил рассмотреть его через систему 4-х оппозиций: король-народ, король-император, король-тиран и король-Церковь.

Первая оппозиция – король и народ. Короли – «это наместники Бога, каждый в своем королевстве». Функция короля – поддержка своего королевства в правосудии и истине. Источники закона – «постановление Господа нашего Иисуса Христа, та вера, которую мы зовем законом, и высказывания древних мудрецов, которые понимали суть вещей». Такое сочетание божественного постановления и понимания сути вещей, согласно интерпретации А. Марея, составляет главную добродетель короля – возможность творить право и вершить правосудие. При этом «Патриды» не следуют концепции «двух тел короля»: народ рисуется отдельным телом, а король в этом теле исполняет сразу несколько функций – это душа, сердце и голова. То есть, то, что оживляет, координирует и делает это тело человеком. Продолжается телесная метафора – как едино сердце, так и един король. Отсюда возникает метафора тирана: народ, возглавляемый тираном – это тело с безумной головой. Важно, по мнению докладчика, и то, что король отождествляется с функцией: король как правило, как некоторая норма. Король в изображении Альфонсо это не личность, а важная системообразующая функция, действующая в обществе.

Вторая оппозиция – король и император. Альфонсо Х мечтал стать императором и, Штауфен по материнской линии, имел право на трон империи, однако добиться осуществления мечты не сумел. Возможно, он пытался взять реванш в тексте «Семи Патрид». Император – это высший светский владыка на земле, это Альфонсо X не отрицает, но осторожно замечает, что повиноваться ему должны только все жители империи. А те, кто не живет на территории империи, избавлены от этой необходимости. Напоминая о том, что император выборный, Альфосно Х ставит власть короля выше власти императора – у императора, говорит Альфонсо, есть только право владения, а у короля сеньория в наследственной собственности.

Третья оппозиция – король и тиран. Тиран постоянно боится потерять власть, говорит Альфонсо Х, и потому чинит козни своим поданным, причем делает это тремя способами. Во-первых, он следит, чтобы они были глупы и боязливы, потому что пока это так, они не смогут договориться и не осмелятся объединиться против него. Во-вторых, они должны быть бедны и враждебно относиться друг другу. Для этого тиран сеет ненависть среди народа, поощряя доносительство. Ну и, наконец, третье – тиран постоянно вовлекает своих подданных в гигантские проекты, которые невозможно закончить.

Власть тирана – это власть взятая силой. Король легитимен и, с точки зрения А. Марея, принципиально важно как Альфонсо X обосновывает эту легитимность. В «Семи Патридах» Альфонсо упоминает четыре основания легитимности королевской власти. Первое –  переход власти по наследству. Второе – король может быть избран, но только если у умершего короля нет наследника мужского пола. Третье – женитьба на женщине королевского рода. Наконец, королем может признать папа или император, казалось бы, признание презумпции, верховенства имперской власти, но здесь следует принципиальная оговорка: если эти земли находятся в пределах юрисдикции империи.

Четвертая оппозиция – власть духовная и власть мирская. Докладчик отметил, что время Альфонсо – это эпоха, когда Католическая Церковь активно разрабатывает так называемую «доктрину двух мечей». Альфонсо с ней прекрасно знаком, и, казалось бы, он пишет о равенстве двух мечей: «подобает, чтобы две власти всегда были в согласии, каждая из них всегда помогала другой, поскольку та, что начинает раздоры, идет против Божьего установления». Возникает образ некой гармонии, почти симфонии, если не читать «Партиду» дальше. Альфонсо X как бы вскользь упоминает, что в языческой древности короли, избирались не только светскими владыками, но еще и духовными. Это упоминание приводит его к мысли о том, что в пределах своего королевства король не нуждается во власти папы (наместника св. Петра), ибо король является наместником Бога в своем королевстве.

А. Марей напомнил, что Католическая Церковь, в лице Бонифация VIII, видела доктрину двух мечей по-другому. Тот, кто отрицает наличие мирского меча, во власти Петра, писал Бонифаций VIII в знаменитой булле «Unam Sanctam», плохо понимает слова Господа, говорящего: «возврати меч свой в ножны: духовная власть возвышается над любой земной и достоинством и знатностью, так как духовное превосходит мирское». Докладчик отметил, что обычно церковные иерархи для обозначения церковной власти используют понятие «auctoritas», например, во всем корпусе трудов Григория Великого «potestas» применительно к церковной власти употребляется трижды, а «auctoritas» больше тысячи. То есть, «auctoritas» – это власть внушения. Светская власть – это, наоборот, «potestas» – физическая мощь. Бонифаций VIII присваивает церковной власти мирские полномочия, обозначая ее «potestas». Докладчик напомнил, что ответом на эту буллу стала посылка Филиппом IV большого рыцарского отряда с Гийомом де Ногарэ, который и сверг Бонифация VIII с престола.

Переходя к выводам, А.Марей выделил несколько положений. Во-первых, Альфонсо X верил, что творит новую социально-политическую реальность с помощью нового языка, и именно новизна создаваемого языка, по мнению докладчика, обуславливает глубину, пронизанность текста символикой. Во-вторых, следуя этой репрезентации, основная функция короля – это правосудие и правотворчество (Альфонсо не раз повторяет: «творить право и правосудие»). В-третьих, власть короля единолична – вокруг него лишь подданные. В-четвертых, власть обязательно легитимна. Легитимность обосновывается несколькими аргументами: природными, то есть наследный характер власти, апелляцией к природе – одна голова, одно сердце, один король, философским аргументом – это апелляция к Аристотелю – и религиозной апелляцией к образу Христа. В-пятых, занимая место наместника Христа, король в «Патридах» фактически подчиняет себе Церковь, то есть, перед нами, конечно, не симфония, а умеренно мягкий вариант цезарепапизма – национальная Церковь.

В ходе длительного обсуждения, докладчику было задано множество вопросов, которые можно условно разделить на несколько категорий. Первая – это вопросы, главным образом Олега Аурова, касающиеся формулировок, что позволило их скорректировать. Вторая – это вопросы по содержательной части доклада, в частности, толкованию символики королевской власти – цвета, короны, «яблок». Третья – вопросы относительно цитирования источников в своде «Семь Партид» и о формулировках самих «Партид», в особенности о том, на каком основании мы можем называть короля источником права.

                                                                                                                  Александра Анохина