• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Новости

Второй семинар «Христиане перед лицом Ислама: Византия, Русь, «латинский Запад» в XIII-XVI вв.: структурные различия стратегий accommodating cultural differences?»

21 июня 2012 г. в Лаборатории медиевистических исследований НИУ ВШЭ состоялся второй научный семинар из цикла «Христиане перед лицом Ислама: Византия, Русь, «латинский Запад» в XIII-XVI вв.: структурные различия стратегий accommodating cultural differences?»

21 июня 2012 года в Лаборатории медиевистических исследований НИУ ВШЭ состоялся второй семинар «Христиане перед лицом Ислама. Византия, Русь, «латинский Запад», X - XVII вв.: структурные различия стратегий accommodating cultural difference?», организованный совместно с факультетом истории НИУ ВШЭ и фондом Марджани. Первоначально предполагалось обсудить лишь два доклада, но программа (под давлением специалистов, желавших поделиться своими соображениями о глубине различий между Востоком и Западом Европы) расширилась вдвое, так что докладчиков оказалось четверо, и семинар превратился в мини-коллоквиум.

В центре, как и прежде, стояла главная проблема исследовательского проекта «Дискурсы религиозной нетерпимости и модели конфессионально-культурного плюрализма в православных и западнохристианских обществах Европы в Средние века и раннее Новое время (компаративный анализ)» (руководитель проекта - М.В. Дмитриев), а именно: в самом ли деле различия между восточно-христианскими и западно-христианскими традициями в их отношении к мусульманам и исламу существенны и глубоки? Если да, то каковы причины этой асимметрии двух христианских традиций? Или «дело не в религии», а каких-то иных факторах? Если же различия действительно выявляются как весомые, то не имеем ли мы дело со структурными (в том смысле, в каком структуры понимал Ф. Бродель, «Анналы» вслед за Броделем, и исповедники именно структурной антропологии) различиями культур Востока и Запада Европы?

Наш мини-коллоквиум открыл доклад С.И. Лучицкой (д.и.н., в.н.с., ИВИ РАН - МГУ) «Идея обращения «сарацин» в христианство на латинском Западе в XII-XIII вв.». С.И. Лучицкая ввела присутствующих в современное состояние дискуссий о том, присутствовала ли идея обращения мусульман в идеологии и практиках первых крестовых походов. Источники позволяют утверждать: отсутствовала. В дискуссии возник вопрос: значит ли это, что «сарацины» должны были быть изгнаны из своих стран или уничтожены на месте? Ответить на столь резко и прямо поставленный вопрос пока сложно, констатирует С.И. Лучицкая. Факт в том, что рефлексии на тему конверсии мусульман появляются в религиозной мысли уже после начала крестовых походов. Первоначальная модель отношения к мусульманам, таким образом, до известной степени смягчается. Но если не в идеологии, то в самой практике крестоносных экспедиций опция обращения, судя по косвенным данным, для мусульман сохранялась…

В докладе В. Сидоровой (аспирант МГУ) «Ислам и мусульмане во французских хрониках XI в.» были рассмотрены высказывания об исламе и мусульманах в хрониках Рауля Глабера и Адемара Шабанского. Им не свойственна ненависть к мусульманам, которые помещаются в иерархии не-христиан между язычниками, еретиками и евреями и иногда приравниваются к «просто варварам». Таким образом, еще предстоит выяснить, каковы были главные и доминирующие линии в эволюции западнохристианских представлений об исламе после XI века в сторону всё большей враждебности к нему.

Р. Шляхтин (аспирант МГУ и Центральноевропейского университета) в докладе «Необрезанные сердцем». Ислам и мусульмане в "Истории" Никиты Хониата» поделился результатами систематического и исчерпывающего анализа мнений Никиты Хониата, современника и свидетеля Четвертого крестового похода, о мусульманах. Понимая ислам как религиозное лжеучение, лежащее между язычеством и ересями, Никита Хониат воспроизводил традиционные клише византийского богословия и религиозной мысли, которые не предлагали ни идеи насильственного обращения мусульман в христианство, ни (тем более) уничтожения, ни изгнания с территорий, которые мыслились как пространство христиан. Это не значит, однако, что Никита Хониат проповедовал религиозную терпимость. Как выяснилось в очередной раз в дискуссии, византийско-православная традиция не находит адекватной интерпретации в рамках и в логике, рожденных миром «латинского» христианства.

М. Андрейчева (Дорошенко), аспирантка ИВИ РАН, в докладе «Мусульмане, «латиняне» и «жиды» в летописном рассказе об испытании вер князем Владимиром» представила результаты анализа косвенных и прямых цитат, используемых в рассказе летописи о выборе веры князем Владимиром, который позволил выявить ряд источников, послуживших основой для представлений летописца о вероучении, в частности, мусульман (наряду с текстами Священного Писания, это хроника Георгия Амартола, «Толковая Палея», «Обличение агарянина» Варфоломея Эдесского, «Слово о пьянстве», «Чин пострижения в монашество» и др. Летописец, судя по всему, придерживался той точки зрения, что ислам – это ересь, сформировавшаяся под влиянием иудаизма и язычества. Согласно выводам докладчицы, выявленные косвенные и прямые источники текста летописи позволяют увидеть, что автор выстраивает своеобразную иерархическую лестницу восхождения князя Владимира к истинному богопознанию, которая начинается с «преодоления» ислама.

Каждый доклад сопровождался очень живыми откликами собравшихся (их было более 20 человек), помогавшими всем нам вместе добираться до истины. Работа ЛМИ над проблематикой отличий и сходств православных и «латинских» культур в их отношении к исламу продолжается.